Банк Таиланда усиливает контроль за USDT, наличными и золотом: регулятор видит риски отмывания денег

Банк Таиланда (BOT) усиливает контроль сразу за несколькими каналами движения капитала — наличными, золотом и цифровыми активами. Глава центрального банка Витай Ратанакорн заявил, что только через операции с Tether (USDT) в Таиланд каждые шесть месяцев поступает эквивалент 500–600 млрд бат, которые затем конвертируются в национальную валюту.

По словам губернатора BOT, задача регулятора заключается не в ограничении цифровых активов как класса, а в том, чтобы криптовалюты, золото и другие финансовые инструменты не превращались в инфраструктуру для перемещения средств неизвестного или незаконного происхождения.

USDT оказался в центре внимания регулятора

Ратанакорн обозначил USDT как один из каналов, который требует более пристального контроля со стороны финансовых властей.

По его оценке, за шестимесячный период зарубежные переводы в USDT на сумму около 500–600 млрд бат конвертируются в Таиланде в бат. Сам по себе такой объём не означает, что все эти операции связаны с незаконной деятельностью.

Проблема, которую обозначает BOT, заключается в возможности использовать цифровые активы для перемещения капитала между юрисдикциями, после чего средства могут возвращаться в традиционную финансовую систему уже в форме национальной валюты.

Именно поэтому центральный банк рассматривает USDT не только как криптовалютный инструмент, но и как часть более широкой цепочки движения капитала.

Ратанакорн подчеркнул, что цифровые активы не должны становиться каналом для перемещения денег в целях, которые не соответствуют законодательству.

При этом речь идёт именно о контроле финансовых потоков, а не о запрете USDT. Для регулятора ключевым вопросом становится возможность установить происхождение средств и понять, кто находится за конкретной транзакцией.

Контроль за наличными уже дал результат

Параллельно BOT работает с традиционным каналом перемещения денег — крупными операциями с наличными.

По словам Ратанакорна, совместная работа Банка Таиланда с 11 финансовыми отраслевыми ассоциациями позволила за несколько месяцев сократить объём ежемесячного снятия наличных примерно со 100 млрд до 40 млрд бат.

Отдельные правила касаются крупных операций. Согласно разъяснениям BOT, при снятии наличных на сумму 5 млн бат и более банки должны проводить дополнительные проверки клиента.

В частности, финансовая организация может потребовать объяснить назначение снятия средств и причины, по которым для операции невозможно использовать электронный перевод.

Таким образом, регулятор постепенно переводит контроль с простого отслеживания банковских счетов на анализ экономического смысла крупных операций.

Почему в центре внимания оказалось золото

Вторая крупная зона риска — рынок золота.

Для Таиланда это особенно важный сегмент: золото активно используется населением как средство сбережения и торговли, а крупные операции с ним могут одновременно влиять на движение иностранной валюты и курс бата.

По словам Ратанакорна, 66% из 50 крупнейших держателей, снимающих наличные в стране, приходились на золотые магазины.

Регулятор обнаружил ситуации, когда компании снимали значительные суммы наличных для покупки золота у клиентов, однако соответствующего объёма продаж за наличные в отчётности не отражалось.

Именно такие несоответствия BOT рассматривает как потенциальную лазейку для движения так называемых «серых» денег.

BOT предлагает налог на сделки с золотом в 0,01%

Одно из предложений Ратанакорна — ввести небольшой налог на операции с золотом. В качестве возможной ставки он назвал 0,01%.

Смысл предложения, по его словам, заключается не столько в увеличении налоговых поступлений, сколько в создании дополнительного механизма отчётности.

Иными словами, небольшая комиссия должна сделать операции более прозрачными и предоставить государству дополнительную информацию о движении денег.

Это предложение пока не означает, что налог в размере 0,01% уже введён.

При этом контроль за золотым рынком в Таиланде действительно уже усиливается. С 1 марта 2026 года BOT ограничил объём покупки или продажи золота на онлайн-платформах, где расчёты производятся в батах, суммой 50 млн бат на человека в день по каждой стороне операции.

Мера не распространяется на обычные сделки в золотых магазинах и ряд других типов операций.

Проверки уже затронули физическое золото

Регулятор также усилил требования к отчётности по операциям с физическим золотом.

В опубликованных BOT правилах для крупных золотых магазинов предусмотрена отчётность по выдаче значительных объёмов физического золота — в частности, при операциях от 2 кг в день.

По словам Ратанакорна, более пристальное наблюдение за операциями с золотом уже позволило сократить объём подозрительных транзакций примерно с 20 млрд до 3 млрд бат в месяц.

При этом важно разделять подозрительные операции и доказанные преступления. Сам факт крупной транзакции не означает отмывание денег — внимание регулятора связано прежде всего с отсутствием прозрачного экономического объяснения или несоответствием между движением средств и заявленной деятельностью.

Зачем BOT связывает золото и USDT

В этой политике золото и USDT рассматриваются не как одинаковые финансовые инструменты, а как потенциально связанные элементы одной цепочки движения капитала.

Деньги могут перемещаться между наличными, золотом, иностранной валютой и цифровыми активами. Чем больше таких переходов между финансовыми инструментами, тем сложнее становится определить первоначальный источник средств без обмена информацией между банками, регуляторами и другими государственными структурами.

Именно поэтому BOT в последние месяцы последовательно расширяет мониторинг сразу нескольких направлений.

В конце августа Ратанакорн говорил, что серые и незаконные средства могут перемещаться из наличных в золото, а затем — в доллары или USDT.

Такой подход означает переход от контроля отдельных продуктов к анализу цепочек движения капитала.

Что изменится для криптовалютного рынка

Для обычного пользователя USDT основное значение этих заявлений заключается не в том, что стейблкоин становится запрещённым инструментом.

Скорее речь идёт о повышении требований к прозрачности происхождения средств и операциям по их вводу в традиционную финансовую систему.

Если криптовалюта используется для международного перевода капитала, а затем конвертируется в бат через тайскую финансовую инфраструктуру, регулятор заинтересован в том, чтобы понимать происхождение денег, участников операции и её экономическую цель.

Это соответствует более широкой тенденции: цифровые активы постепенно перестают рассматриваться исключительно как отдельный рынок и всё чаще становятся частью общей системы финансового мониторинга.

Для криптобизнеса это означает рост значения AML/KYC-процедур, прозрачности транзакций и способности объяснить происхождение средств.

От борьбы с «серым» капиталом — к изменению роли финансовой системы

Ратанакорн связывает эти меры не только с борьбой с отмыванием денег.

По его словам, финансовая система должна выполнять более широкую экономическую функцию: капитал должен направляться в эффективные малые и средние предприятия, компании, повышающие производительность, и бизнесы, которые переходят к более устойчивой модели развития.

Иными словами, задача заключается не просто в том, чтобы деньги продолжали циркулировать внутри экономики.

Вопрос в том, куда именно они направляются и какую экономическую ценность создают.

В этой логике борьба с незаконными финансовыми каналами становится частью экономической политики. Если капитал уходит в непрозрачные схемы, он не финансирует производство, предпринимательство и инвестиции, которые могли бы поддерживать экономический рост.

Таиланд строит единую систему контроля

Новые меры показывают, что Банк Таиланда постепенно выстраивает более целостную систему контроля за движением капитала.

В неё входят крупные операции с наличными, рынок золота, валютные операции, цифровые активы и банковские транзакции.

Для криптовалютного рынка особенно важно, что USDT оказался внутри этой системы наравне с традиционными финансовыми инструментами. Это не означает отказ Таиланда от цифровых активов, но показывает, что регулятор намерен контролировать их использование с точки зрения происхождения капитала и соответствия финансовому законодательству.

При этом часть предлагаемых мер ещё находится на уровне инициатив и обсуждений. В частности, возможный налог в размере 0,01% на операции с золотом пока является предложением губернатора BOT, а не действующей налоговой ставкой.

В долгосрочной перспективе подход регулятора может привести к более прозрачному рынку, но одновременно увеличит количество проверок и требований к участникам финансовой системы — от золотых компаний и банков до криптовалютных платформ и пользователей, которые переводят значительные суммы между странами.